Я давно равнялся на гонщика Жан-Луи Шлессера. Хотелось увидеть его в деле и однажды составить ему конкуренцию. Однажды на одном из этапов Кубка мира мы договорились о тестовой поездке на нашей машине. Появилась возможность сесть рядом со Шлессером.
Кто сядет справа
Мой штурман Валерий Хлебутин знал французский язык и помог наладить общение со Шлессером. Мы хотели посмотреть, как тот управляет автомобилем, и разобраться в его приёмах.
Когда пришло время садиться в машину, я сказал Валерию: «Поедешь ты». Валерий возражал: прокатиться со Шлессером было моей давней мечтой. Он считал, что я сам смогу всё увидеть и понять. Но я настоял на своём.
Я рассчитывал на опыт Валерия. За рулём я занят управлением машиной, а штурман смотрит на дорогу с другой задачей. Мне казалось, что он заметит больше деталей и затем сможет объяснить их мне.
Что мы разобрали после поездки
Валерий сел рядом со Шлессером, а после поездки передал мне свои наблюдения. Мы обсуждали, где начинать торможение перед поворотом, какую траекторию выбирать и как подходить к трамплину.
Валерий осмыслил увиденное и объяснил его мне. В этом и была ценность моего решения: поехал один человек, а разбирать приёмы мы могли вдвоём. Если бы он только прокатился и оставил наблюдения при себе, я бы этого опыта не получил.
Мой штурман стал для меня наставником. Он мог быть строгим и требовательным, иногда мне было непросто принимать его замечания. Я спорил, пытался доказать свою правоту. Он не воспринимал вопросы как непослушание: они давали возможность разобраться и найти решение.
В истории со Шлессером я настоял на своём, а потом учился у Валерия. Я доверял ему, потому что видел его мастерство и знал, что он сможет передать мне то, чего я сам не заметил.
